Повар с пинцетом в царстве белых медведей

2021 , 19:27


Кандидат биологических наук Андрей Крашенинников знает, как уклониться от встречи с белым медведем, но в арктическую экспедицию отправился не по специальности, а поваром.

В беседе с нашим корреспондентом доцент кафедры зоологии беспозвоночных и водной экологии Пермского государственного национального исследовательского университета поведал об опасностях и испытаниях, подстерегающих энтомолога на Крайнем Севере.

– Как вы заинтересовались биологией, Андрей Борисович?

– Началось всё случайно. Я учился во втором классе. Рядом с моим домом в Суксуне высыпали гравий. Мы с друзьями пошли играть, и там я нашел непростые камни.

Они были покрыты сеточкой, содержали какие-то раковины... Я взял их домой, с того дня стал читать книги по биологии и палеонтологии, задавать вопросы учителям. Оказалось, в том гравии я накопал мшанок и брахиопод...

Потом я добрался до песчаников, что также находились рядом с моим домом. Там я пополнил свою коллекцию папоротниками, листьями кордаитов, каламиктов и других древних видов. Можно сказать, свой путь в науку я начал с палеонтологии.

– С чего начинали как биолог?

– На первых курсах университета занимался и ботаникой, и зоологией, и микробиологией. В конечном счёте остановился на пресноводной гидробиологии, в частности, на комарах-звонцах. Понял, что тема перспективна с научной и с прикладной точки зрения.

– Расскажите, как вы их собираете?

– Нужен сачок и светоловушки. Ночью они летят на свет, и так их ловишь. Днем приходится косить сачком по прибрежной растительности либо ловить руками на камнях или снегу.

Личинок собирают с помощью бентометра – специальной металлической рамки, что ставится по течению, куда выгребается весь грунт с фиксированной площади. Кроме всего этого, комаров необходимо препарировать и зарисовывать. Тут мне помогло, что в детстве я учился в школе искусств.

В 2007 году я поехал в Вишерский заповедник. Наловил много, привез двух новых видов комаров и к тому же обнаружил вид, что ранее был отмечен только в Японии. В итоге написал кандидатскую диссертацию по фауне и систематике комаров-звонцов, которую защитил в 2011 году.

Однажды по телевидению увидел репортаж о Земле Франца-Иосифа. И подумал, что если уж на севере нашего края комары садятся на снег, то в Арктике они тоже, скорее всего, есть. Почитав литературу, я пришел к выводу, что центр максимального разнообразия видов комаров – тундра.

С одним из сотрудников национального парка «Русская Арктика» мы подали заявку в Российский фонд федеральных исследований и выиграли грант. В первый год мне материал прислали, и я обнаружил в нем новый вид. Но лишь в 2013 году я впервые попал в Арктику.

Сразу хочу отметить, что заработать на Севере денег ученому практически невозможно, ну или вероятность такого очень мала. Что касается исследований, самая большая сложность в логистике: нет никаких гарантий, что экспедиция состоится, а даже если вы в нее уплывете, не факт, что соберете какой-нибудь материал.

В следующий раз в Арктику я отправился на Южный остров архипелага Новая Земля в 2015 году. Туда я поехал в должности повара и готовил на всю команду, попутно собирая образцы.

В 2016 году меня позвали из ассоциации «Морское наследие» на Землю Франца-Иосифа. На мой взгляд, эта экспедиция была самой экстремальной из всех. Нужно было выполнить оценку возможного ущерба от нефтеразливов. Экстрим заключался в том, что на Землю Франца-Иосифа мы пошли на яхте. На ней чувствуются любые волнения, а мы попали в пятибалльный шторм!..

Ходили мы – одиннадцать человек ученых и экипажа – больше месяца, обследовали Землю Франца-Иосифа, Северный остров Новой Земли, Оранские острова, Викторию.


Комары-звонцы (Chironomidae) – семейство отряда двукрылых. Кровь не сосут. Их личинки – в почете у рыбаков: мотыль или малинка. Один из 9 видов, открытых Андреем Крашенинниковым на Земле Франца-Иосифа, может служить индикатором состояния окружающей среды в Арктике:

«Благодаря распространению этого вида мы можем судить о состоянии пресных вод в том или ином месте без дорогостоящих химических анализов», – указывает ученый.


– Самые большие трудности, подстерегающие ученого на Севере?

– В Арктике две главные опасности – моржи и белые медведи. Моржи опасны в море: может клыком пробить борт лодки. На берегу же опасен белый медведь. Это один из немногих хищников, что целенаправленно охотится на людей.

Если животное оказалось в тридцати метрах от группы, необходимо стрелять на поражение. К нашему счастью, к нам медведь приближался метров на сто–двести. Каждую экспедицию сопровождают специалисты Центроспаса МЧС РФ.

Будете вы высаживаться или нет, зависит от погоды. Поэтому всегда первой на берег идет лодка, в которой аварийный запас на неделю для всей группы. Выход на берег обычно длится два-три часа, и этот момент продумывается до мелочей. Вышел, собрал материал, зафиксировал и побежал обратно в лодку, продолжать работать на борту. Может случиться так, что через час на судно тебя могут уже и не забрать.

Кроме экспедиций, есть вариант постоянной работы на полярных станциях. Но это очень тяжело, нет многих благ цивилизации. Такая командировка длится минимум год. И далеко не факт, что спустя ровно год тебя смогут возвратить. Но есть негласное правило: «Зовут?! Надо ехать». Один раз откажешься – и больше к тебе могут и не обратиться.

Александр Казанцев
Использованы фото со страницы Андрея Крашенинникова в ВКонтакте.